Фантастика

Его сегодня должны были казнить. На Большой планете не любили шутить. Если Верховный сказал, значит, это и есть закон для всех. С ним не могли поспорить даже жрецы Небесного Света. Но день тянулся и тянулся, наконец, оба солнца зашли за горизонт, и на планету Вескай опустилась ночь.

Озон ни о чём не жалел, он был счастлив. Счастлив, потому что ни о чём не думал. Думать было уже не о чем. Всё, о чём он мечтал – сбылось, его ничто не держало в этой жизни. Он был готов к казни. Его отец тоже мечтал об этом, но не смог переступить порог своего страха, поэтому прожил долгую, но безрадостную жизнь. Озон любил своего отца и мать, он любил жизнь, но больше всего он любил свободу. Свободу своей совести, когда над твоим сердцем не стоит никакой разум, никакие правила, рождённые кем-то, кто и понятия не имеет о таком явлении, как любовь, счастье и радость.

Что поделаешь, на Большой планете Вескай сотни и сотни лет не было свободы. Здесь всё решал Верховный. Здесь не принято было говорить о том, что жизнь идёт плохо, что многие умирают в бедности и нищете, что воины давно перестали следить за порядком и лишь набивают собственные карманы золотыми слитками, карая смертью всех, кто мешает им это делать.

Его отец был жрецом Небесного Света, когда-то на планете, да, и не только на Вескае люди жили совсем иначе. Они жили по внутреннему закону Любви. Когда рождались дети, до семи лет им поклонялись как богам. Потому что они слышали Вселенную, Её сердце, дарующее каждому живому существу способность следовать своей духовной Природе!

Более трёхсот лет назад Верховный силой захватил власть на Вискае и кровью миллионов смыл всё прекрасное и доброе, что создавалось тысячелетиями. Теперь планета погрузилась в ад страданий, насилия и беззакония. Главный закон был: кто сильней, тот и прав. Силой решалось всё, без суда и следствия, без защиты и обсуждений. Верховному это было выгодно, потому что когда каждый сам за себя, то уже не собрать силы для борьбы со злом.

Отец, вопреки запрету, воспитал Озона по тем древним законам Вселенной, которые давно были растоптаны насилием Верховного. Поэтому Озон не мог жить иначе, его главным законом была Гармония, а верховным – собственное сердце! Он вырос и, наконец, понял, что жить против своего сердца – это самое страшное преступление. Месяц назад он решился изменить всё и стать тем, кем он был – добрым, милосердным, справедливым! Не просто стать, а выступить с протестом, высказать на Совете жрецов то, что давно надо было сделать.

«Странно, почему меня сегодня не казнили?», - этот вопрос мучил его последние два часа. Вдруг за железной дверью зазвякали ключи. Дверь со скрипом открылась. Вошли воины и …. Озон не ожидал увидеть в подземелье Верховного. Тиран вошёл медленной, полной уверенности и ощущения власти походкой. Один взмах руки и все вышли из камеры, дверь закрылась, они остались наедине. «Чему ты улыбаешься?», - сухо спросил властитель Виская. Только сейчас Озон понял, что он действительно улыбается. Улыбается, потому что сердце пело от счастья, потому, что в нём горела внутренняя душевная свобода, и ничто не могло сдержать его любовь.

«Впрочем, ладно, я знаю, почему ты весел. Прислушайся к моим словам: сегодня для всех ты умер на эшафоте. О твоей смерти уже объявлено», - вымолвил Верховный: «Ты, наверное, удивлён, почему я здесь и почему ты ещё жив? Я утолю твоё любопытство. Теперь тебя будут звать иначе – Соло – именем великого бога справедливости. У меня есть сын, который только что родился, и я хочу, чтобы его сердце было свободным от бремени расчёта и страха. Ты единственный за сотни лет, кто выступил с протестом, кто знает, что такое настоящая свобода, в чьих глазах горит настоящая Любовь, в чём сердце живёт Справедливость. Ты дерзнул, и я дарую тебе возможность построить новое будущее этой планеты».

Верховный вышел, дверь закрылась. Озон знал, что всё произошло именно так, как сообщало ему сердце, оно ясно говорило: «Законы Вселенной вечны, им нет преграды, и даже самое жестокое сердце мечтает о свободе и любви». Надо было только один раз решиться! И Вселенная услышала его решение!

11 августа 2012 г.